Мы с женой редко совершаем покупки продуктов с рук, ну разве что только в тех случаях, когда уверены в продавце. Чаще всего это бывает на рынке, где мы берём домашние яйца, мясо… А вот мой любимый творог мы много лет уже берём у Майи Дмитриевны, которая привозит свои домашние молочные вкусности прямо к нам во двор. Говорят же, что постоянство – признак мастерства. Если это так, то Майя Дмитриевна действительно мастер своего молочного дела.

Какой бы не была погода, как бы себя не чувствовала наша молочница, а каждый четверг в три часа дня она уже стояла во дворе и раздавала заказы тем, кто заранее попросил оставить домашнего молочка, сыворотки, творожка или сметанки. Ох, знали бы вы какое божественное она делает молозиво… Но сегодня не об этом. За все годы, что у нас тут торгует Майя Дмитриевна, а это, без малого, 12 лет, она впервые куда-то пропала. Прошёл один четверг, второй, а молочницы нашей не видать. Наши соседи, которые тоже постоянные покупатели домашней молочки, уже стали друг у друга спрашивать, мол, может телефон кто знает, позвонить бы, полюбопытствовать что случилось.

О нашей молочной кормилице ничего не было слышно целых полтора месяца. Мы даже с Томой уже успели перепробовать кучу разных творогов из маркетов, но всё было совсем не то. И вот в прошедший четверг я около четырёх вечера возвращался домой, когда во дворе на привычном месте увидел ёё. Небольшого роста дородную даму, которой на вид можно было бы дать даже больше её 76 лет. Она стояла в окружении сумок с пустыми трёхлитровыми банками, которые ей каждый раз отдавали взамен купленных полных банок с молоком. Вид у Майи Дмитриевны был какой-то растерянный, это я заметил по мере того, как неспешно приближался к ней.

– Майя Дмитриевна! С огромной радостью приветствую Вас! – Весело и бодро начал я, когда женщина заметила меня. – Невероятно рад видеть Вас и понимать, что с Вами всё в порядке. А мы тут без Вас прямо изголодались по молочке вкусной.
– Здорова, Петрович. – Как обычно, поздоровалась со мной женщина. – Творожок уже весь разобрали. Да что там творожок, всё уже разобрали. А я вот кукую тут.
– Ну да, Вы обычно за полчаса максимум тут расторговывались, а уже вон сколько времени… – Взглянув на часы, сказал я.
– Да вот кто знает что делать… – Уверенно, но слегка растерянно продолжала Майя Дмитриевна. – Зять забрать должен был, а позвонил, что машина не заводится. У меня уже и вечерняя дойка скоро, а я тут с баулами своими… Даже не знаю, возьмёт меня такую такси ваше городское? Да повезет ли в мой пригород?
– Ну, не знаю как такси, а вот я бы прокатился за город, хоть бы воздухом свежим дыхнул. – Ни минуты не раздумывая, с улыбкой и игриво сказал я. – Не желаете ли Майя Дмитриевна составить мне компанию? Даже нет, не так! Не согласитесь ли побыть моим штурманом?
– Ничо не понимаю что говоришь, Петрович. – Честно призналась женщина.
– Я говорю, что подвезти Вас до дома хочу, если дорогу показывать будете. – С той же улыбкой продолжал я. – Хоть ещё и морозов больших нет, а негоже Вам тут на ветру стоять, да и сами говорите, что дойка у Вас скоро…

Майя Дмитриевна без каких-либо уговоров согласилась, чтобы я сегодня побыл её водителем и терпеливо дождалась, пока я сходил в гараж за машиной. Погрузив все её баулы в багажник и на заднее сидение, мы уже выезжали со двора, когда я решил аккуратно и ненавязчиво начать расспросы. И вот рассказ нашей молочницы и стал очередной мой коллекционной историей из жизни.

– Что же Вы, Майя Дмитриевна, так пугаете нас? Сами пропали, ни ответа, ни привета, мы уже и переживать за Вас начали. – Не отвлекаясь от дороги, с улыбкой и позитивом спросил я.
– Да что со мной будет-то? – Уверенно ответила женщина. – Муж помер, вот до 40 дней хлопоты и были. А теперь снова буду ездить к вам сюда, как и раньше – каждый четверг.
– Примите мои соболезнования… – Сменив весёлый тон на сочувствующий, продолжил я.
– Ой, да какие там соболезнования, ну помер и помер, пусть спасибо скажет вообще что столько лет-то протянул! – Как-то резко ответила Майя Дмитриевна. – Так говоришь, будто я эти 40 дней горевала! Некогда мне горевать! С документами, будь они неладны, вопросы решала, с роднёй его и вообще… И жил, как собака и помер так же.
– А случилось-то что? – С любопытством спросил я.
– Допился! – Тут же ответила женщина. – Врачи бы такой диагноз и поставили, если бы был такой диагноз. Но откуда же ему взяться. Смолоду пил столько, что там наверно уже и вместо крови один самогон по жилам-то тёк…
– Ну, прожили же как-то… – Чтобы поддержать разговор, продолжил я.
– Вот именно, что как-то… – Спокойно и без грусти отвечала Майя Дмитриевна. – Могу на личном опыте сказать, что «стерпится-слюбится» не работает в жизни. Вот у меня и не стерпелось и не слюбилось…

После последних слов женщины в машине повисла какая-то пауза. Я не понимал что спрашивать и стоит ли что-то говорить вообще, а Майя Дмитриевна, скорее всего, окунулась в какие-то свои воспоминания. Тишина висела до тех пор, пока мне не было дано указание свернуть на очередном повороте. После этого Майя Дмитриевна, то ли собравшись с мыслями, то ли решив излить душу, как ни в чём не бывало, начала свой монолог о жизни.

«Видел бы ты меня, Петрович, молодухой… Кровь с молоком! Работящая, напористая, рукастая… Всё во мне хорошо было, только вот мать покойница говорила, что с характером моим мужика мне найти тяжело будет. А что его искать-то? Такой, как мне, только лучший нужен был мужик. А он был! Сама неприступная была, как скала, а за ним чуть не упадала… Я ещё школьницей была, правда уже в старшем классе, когда поняла за кого замуж хочу. Он старше был. По школе как-то не так общались, а потом он в город уехал учиться в училище или в техникум, уже даже не помню. Мы ж тогда жили не там, куда с тобой едем, Петрович, а ещё дальше. У нас тогда автобус считай раз в неделю ходил только.

Так вот лето настало, год прошёл как этот Митя, в которого я влюбилась, учиться уехал. Приехал он, значит, домой на лето – родителям с хозяйством помочь, да отдохнуть. А я как увидела его, когда по улице шёл, так и пропала. Всё лето при случае и мимо пройти старалась и где можно, так и присесть рядом. Мать всё твердила, что гордости у меня нет, что уже всё село обо мне говорит, а мне всё равно было.

А потом я уже школу закончила. Мечта у меня была ветеринаром стать, вот и поехала в город поступать в сельскохозяйственный и поступила. Думала так – Митя вон мой на механика отучится, а я на ферме коров лечить буду, свадебку сыграем… Встретились мы правда в следующий раз только через 2 года. Он вроде как к родичам куда-то ездил на Север после учёбы, там хотел остаться, но вернулся домой всё равно. А я уже большую часть учёбы закончила. Снова лето и снова я от него глаз отвести не могла. Теперь только поувереннее стала, да считай, Петрович, что сама замуж даже предлагала, при всех. Вроде как в шутку, да и не шутила совсем.

Только казалось, что не замечает он меня и намёков не понимает совсем… Чем больше старалась, тем больше он не понимал… Ну, думаю, еще год-два и вообще не заполучу мужика своего. Я тогда уже считай в наступление решила идти. Домой приглашала, вроде как по хозяйству что-то помочь, стол накрывала, бутылочку ставила… А потом раз постучался сам. Ночь-полночь на дворе, а я слышу – в окошко кто-то стучится, осторожно так… Я отворяю окно, а там Митька. Пьяненький, а сам шепчет, мол, выходи – погуляем, полюбезничаем. Вот как ты думаешь, Петрович, хоть минутку раздумывала я? Почти ничего даже не накинула на ночнушку и прямо через окошко к нему в объятия.

Я потом еле уснула. Ну, думаю, теперь точно мой будет! Из девочки женщину сделал, знает, что по нём сохну, как та трава в поле. А это уже считай к концу лета-то и случилось. Ещё раза четыре встречались мы с ним тайком. Он говорил, что, мол, чтобы не сглазил никто, да и я молчала, чтобы отбить никто не отбил Митьку-то моего. Вот, думаю, сватов зашлёт, тогда пусть все и узнают, что мой это мужик.

Я как на учёбу-то уезжала, он и ждать обещал. Говорил, мол, на следующее лето как приедешь, так и поженимся. В течение года учебного как приезжала к мамке, так снова с Митей тайком виделись. Заметили подружки, что я свечусь вся от счастья, так и с расспросами, мол, чего это ты, Майка? Влюбилась что ли? А мне-то им что сказать?

– Жениха нашла. – Гордо я тогда подругам ответила.
– В городе чёй ли? – Спросила меня подружка.
– В городе! – На ходу придумывая легенду, ответила я.
– Ой, ну, слава Богу! – С облегчением сказала подружка. – А то мы тут даже не знали как тебе про Митьку-то твоего сказать, чтобы ты не удумала чего. Знаем же, что сохла по нём одном.
– А с Митькой-то чё? – Спросила я.
– Так к Лариске вроде как клинья бьёт он. – Отвечала подружка. – Вроде как свадьбу собираются играть.

Ну, я решила, что из зависти языками девки треплют. Сами-то и не поступали никуда, так после школы по полям да по коровникам. И сами – ни кожи, ни рожи. А я и красивая и вот с году на год с дипломом из города вернусь, а скоро еще и Митька мой будет. Ну, думаю, пусть болтают, всё равно не знают ничего.

А летом только экзамены сдала, так и сразу в село к мамке. Молока попила, по хозяйству помогла, да и на улицу собралась. А мать-то не пускает. В дверях стоит, говорит – не пойдёшь никуда! И спорили, и чуть в окно не сиганула я, чтобы сбежать, так мамка за подол ухватила и давай причитать, мол, я дура молодая, может что и сделаю с собой, лучше дома посидеть. Меня как током ударило. Села я на табуретку и давай у матери всё выспрашивать, чё происходит-то? А она ревёт и говорить что-то пытается, а слов-то не разобрать даже.

Как чуть успокоилась, так и говорит, что Митька женится завтра, на Лариске, той, что племянница председателя нашего. Вроде как мамка слышала, что дитё у них будет скоро, так до осени и ждать не стали, пока на полях уборочная пройдёт. Решили быстро и срочно пожениться. Ну, думаю, брешут люди! Как так-то? Митька со мной быть обещался, да ждать говорил будет, а тут…

Успокоила я мать, что ничего с собой не сделаю. Как стемнело, так и вроде спать пошла. А сама дождалась как мамка захрапит, да и в окошко шмыг. А потом огородами, под деревьями, да к хате Митькиной. Вот, думаю, вызову его на разговор, да и узнаю всё сама лично. Гляжу, а в окнах свет горит, хоть и поздно уже было, спать все должны. Ближе подошла и только успела увидеть, что там явно к празднику большому готовятся, суетятся… Вроде и всё ясно мне стало, уже и Митьку вызывать на разговор перехотелось… Я уже и домой собралась, как меня окликнули.

– А ты что тут делаешь? – Услышала я голос Мити.
– Поговорить пришла. – Сразу же ответила я.
– Ну, раз пришла, так говори. – Затягиваясь папироской, спокойно говорил Митька.
– Пришла сказать, что замуж я выхожу… – Неожиданно сама для себя выпалила я. – Знаю, что ты там меня ждать собирался, говорил, что женой твой буду, но тут такое дело…
– Замуж??? За кого это? – С большим удивлением и любопытством спросил Митя.
– Ну, уж не за тебя точно! – Как отрезала я.
– Ну, за меня-то и не выйдет – я завтра женюсь. Хотя думаю, что ты уже и так знаешь. – Продолжал Митя.
– Откуда мне знать-то? – Старалась играть свою роль я. – Я сегодня только из города приехала, целый день матери помогала хозяйство в порядок привести. А вот как завечерело, так к тебе поговорить. Не могу тебе врать и всё…
– Дурная ты, Майка, ой дурная… – С какой-то странной улыбкой, сказал Митя. – Если бы ты девка годная была, так сам бы тебя в жёны взял и не отдал никому. А так… Да кому ты нужна? Характер как у змеи, на язык острая… Вон в институтах учиться вздумала… А дальше что? Захочешь ребёнка от тебя, так ты что запоёшь? Что тебе город с квартирой подавай? Все девки деревенские, как девки, а ты…
– Чудной ты… – Старалась как можно спокойнее говорить я. –  А я к началу года следующего рожу, вот такой у меня план жизненный. А ты ещё жалеть будешь, что не разглядел какая я…

С последними словами я больше и слёзы не могла сдерживать, но не могла позволить, чтобы их увидел Митя. Поэтому, даже не бросая слов прощания, я бросилась бежать, сначала через огороды, а потом по улице… Запыхалась…. Стала и реву, губы себе кусаю… А тут откуда не возьмись Егор. На веселе, как обычно, да и с расспросами, мол, чего реву, чего не дома, давай провожу… Увязался за мной, да и давай рассказывать какая я красивая да пригожая, что и женился бы… А я сгоряча так подумала – а почему бы и нет! Митька говорит, что не нужная я никому!? Так пусть знает, что в девках не засижусь! Мне только поманить стоит и любой мой будет…

Проводил меня Егор до дома, а сам уходить не спешит. Я уже и успокоилась, а у самой планы в голове вертятся. Поговорили мы поговорили с Егором, да и заночевали вместе в баньке моей… Наутро проснулась и давай его расталкивать и будить. Говорю: жениться бы теперь надо, раз попользовался. А он, вроде как, и не против. Вот так сразу к маме моей и пошли сообщать, что свадьба будет.

К концу лета, когда у нас сезон свадеб начался, расписались и мы с Егором. Я уже знала, что ребёнок у нас будет. Радовало то, что в деревне никто не узнает этого… В город уеду доучиваться да там и рожу. А как приеду домой, кто там поймёт сколько дитю моему и при муже его родила или раньше согрешила.

И вот к Международному женскому дню, так сказать, сделала себе подарок – родила сына. Егор приезжал в город ко мне иногда, даже порывался тут в городе работу найти какую-то, чтобы остаться… Но что мне работа в городе? В общем закончила я институт и одна из сокурсниц, с которой мы в общежитии вместе жили, предложила в её посёлок переехать, мол совхоз у них хороший, коровники… Будет где мне пристроиться. Да и посёлок на границе с городом, так что считай городская буду…

Вот так с Егором мы и оказались там, куда сейчас едем, Петрович. От совхоза домик получила, Егор попервам вроде шофёром на автобазу устроился, а потом вылетел оттуда за пьянку… Да он так больше полгода нигде и не задерживался… Вот так и мыкался, только пропивал больше, чем зарабатывал. А я на ферме ветеринаром трудилась. Сынок наш Юрка вырос, в армию пошел, а после так в военных и остался. И вот снова осталась я один на один с Егором. Я же раньше как думала? Мол, стерпится, слюбится… Если не за Митьку замуж, так хоть за чёрта лысого, всё равно мне было… А как сына в доме не стало, так хоть волком вой… И вот в 40 лет решилась я ещё раз родить…

Сначала радость была, что дочка у меня родилась… Да вот только рожать видно надо было не от алкаша этого окаянного… Уж кто его знает что там у него в организме спиртами пропиталось, а родилась у нас больная девочка. Так-то крепкая, красивая, прям вся в меня, а вот только и зубки неправильно расти стали, да и с речью проблемы большие…  Ей в школу уже идти пора, как шестилетке, а она почти не разговаривает, а что говорит, так непонятно… И это кстати как раз с перестройкой совпало… Может быть и по врачам потаскала бы её, но как теперь? Совхоза не стало, муж алкаш безработный…

Устроилась я ветеринаром при рынке – мясо проверять и всё такое, дома скотины завела побольше, чтобы на молочке да яйцах куриных приработок был… Ох, как вспомню, мне уже полвека стукнуло, а у меня две коровы, 50 штук индюков, уток столько же и кур без счёта. Дочка в школу пошла, но уже почти как 10 ей исполнилось… Спасибо учительнице молодой, что на нашей улице жила – взялась с ней заниматься ещё до школы и за три года подготовила кое-как…

Ну а дальше что рассказывать-то? Сын раз в пять лет с семьёй приезжает в гости на пару недель – живёт далеко теперь очень. Дочка и школу, и институт даже закончила… А потом, как я, в баньке переночевала с парнем одним, правда из неместных. Он в стройбригаде был, которая у нас в посёлке что-то строила. Парень ещё из бОльшего села, чем то, откуда я родом… Видно было, что остаться хочет поближе к городу… А я то что? Из местных Алёнку мою никто бы не взял точно, а тут такой шанс ещё и замуж её выдать, я о таком даже не мечтала…

Внука мне дочка родила и вроде как даже замечать окончательно перестала, что Егор есть… В одной кровати спать давно мы не спали… А так – ходит по двору, ну и пусть ходит. Есть он – ну и ладно… А как гляну – прямо раздражает! Вот и старалась не глядеть на него совсем…

Мою-то маму давно схоронили, а его вот ещё жива была. Раньше, пока своими ногами ходила, Егорова сестра за ней ухаживала. А как слегла Авдотья, так привезли её к нам. Мол, мы сколько лет за ней ухаживаем, пусть на старости лет хоть сын за ней доглядит… Вот так к моей скотине, внуку малому и мужу алкашу ещё и бабка лежачая добавилась в доме… Полтора года прожила она, да нет бы помереть раньше… А вышло так, что у гроба сына стоять пришлось… Ну, про стоять это я образно, я про то, что смерть сына увидела… А потом на девять дней только помянули, а наутро и самой Авдотьи не стало…

Вот ты спрашиваешь, Петрович, почему меня долго не было у вас с молочком. А как Авдотья померла, дочка её, ну сестра Егора нарисовалась сразу же. И давай говорить, мол, сын раньше умер, значит, матери положена часть наследства Егора. Мол, отдавай комнату в хате своей, а я туда внука своего поселю, чтобы поближе к городу жил… А я ж в этих делах тёмная… Кто знает, может правда мать наследница, а как матери не стало, так всё дочке отходит… В общем, после двух похорон я ещё по адвокатам каждый день носилась. А кто поможет-то? Никто!

Вот, Петрович, думаешь точно о том, чего это я так про молодость вспомнила. Скажу честно, Митьку ни на день не забывала. Я с тех пор раз его видела и то мельком – когда приезжала мать хоронить. Старалась в село своё не возвращаться вообще. А тут как фурия эта, сестра Егорова, приезжала, да адвокаты эти… В общем, пришлось снова в село ехать разговоры разговаривать… В хате, где мы с мамой жили, какие-то племянники мамины троюродные живут, у них и остановилась… Всего ночь ночевать пришлось, а мне не спалось… И плакала я, и вспоминала… А потом уже и уезжать надо было домой, так порадовалась, что с Митькой не столкнулась, а… Я только в магазин зашла воды взять в дорогу, зять уже в машине ждал, а тут… Митька… Глянула на него, а он же для меня вообще не изменился… Только глаза какие-то грустные…

Гляжу, а он меня не увидел, а может и не узнал, потому отвернулась… Но, то ли по голосу узнал, то ли… Обрадовался так, поздоровался, даже обниматься полез… А потом спрашивает, мол, куда едете? Спросил, не подкинем ли до села соседнего. А мне-то чё? Пусть видит, что и зять у меня, и машина, пусть и старая, зато своя…

И вот ехали мы вместе, а у меня сердце так и выпрыгивает… Как узнала, что вдовствует уже лет 15, а я теперь тоже вроде как свободна, даже надежда у меня закралась – а вдруг… А он всё рассказывает о себе да рассказывает… Я уже было хотела на гордость свою плюнуть, да и предложить хоть дожить вместе в счастье и в радости, как…

– Дети-то мои с хаты меня гонят… Говорят, что итак место мало, а если хотел в своей хате доживать, так надо было смолоду обзаводиться бОльшей хатой… Все характером в мать покойницу… – С какой-то грустью сказал Митя. – Вот я себе бабёнку нашёл вдовушку в соседнем селе… Езжу вот на свидания, как возможность есть… Она совсем одинокая, при хате…
– Мить, так может ко мне? Я тоже при хате, тоже уже одинокая… – Собрав всю волю в кулак, сказала я.
– Дурная ты баба, Майка! – С улыбкой сказал Митя. – Я вот по молодости думал, что стерпится-слюбится… Невесту нашёл такую, чтобы как сыр в масле… А как 90-е пришли, так и тесть мой председатель не у дел оказался и… И до этого жизнь с женой была так себе, а потом и вовсе всё вверх ногами пошло… А когда уже и уйти решился, как дети выросли, а куда идти? Своего ничего не нажил, да и кому я нужен на старости лет… А вот тут нашёл ту, которая в сердце запала… И чего мы с ней в юности не встретились… Вся бы жизнь моя по-другому сложилась точно… А с тобой-то что? Снова надеяться, что стерпится-слюбится? Не бывает такого, сам проверил…

Высадили мы Митю где он просил, а пока отъезжали, я всё взглядом его провожала… Женись он тогда на мне, так и у меня бы жизнь точно по-другому сложилась… Я бы всю жизнь его любила точно…

Захандрила я было после той встречи… А потом думаю: раз Митька себе в таком возрасте любовь новую нашел, то может и я не хуже? Я же, кстати, как в ваш двор торговать попала? Соседка моя, как за хозяйством своим ухаживать уже не смогла, её сын к себе в город забрал. Я в гости к ней тогда ездить стала, да с молочком своим, с творожком… А сын и говорит, мол, продавалось бы где рядом такое добро, так покупал бы даже втридорога… Ну, я раз, другой попробовала приехать в ваш двор и каждый раз расторговывалась сразу… Вот так теперь сюда и езжу, радую городских настоящим домашним молочком…

Но я это к чему? Старичок тут есть один из числа клиентов постоянных. Уже лет 7 как клинья подбивает… Одинокий он, вдовствует, дети далеко живут… А он всё с комплиментами ко мне и… Я уже думала, что и приезжать сюда к вам не буду, здоровье не то уже, устала… Думала по месту расторговываться буду… А потом про старичка этого вспомнила и подумала: а чем чёрт не шутит? Еще раз в гости позовёт, соглашусь, только не к нему, а к себе позову погостить. Мне-то надолго из дома нельзя, у меня скотина там…»

– Вот тут, Петрович, направо и сразу вторая хата после поворота. – Показывая рукой направление, сказала Майя Дмитриевна. – Ты только погоди, сразу не уезжай.
– Да куда же я уеду, надо еще баулы Ваши выгрузить… – С улыбкой ответил я. – Зятя зовите, пусть помогает.
– Алёнка! – Громко крикнула Майя Дмитриева, выйдя из машины. – Алёнка, иди помоги!

Пока я открывал багажник, Майя Дмитриевна уже скрылась за калиткой. Почти сразу оттуда вышла молодая женщина лет под сорок. Мне показалось, что она удивительно похожа на Майю Дмитриевну. Невнятно поздоровавшись, женщина принялась брать сумки с пустыми банками. Я уже садился в машину, когда из калитки, запыхавшись, выскочила Майя Дмитриевна.

– Сказала же, не уезжай сразу, Петрович! – Протягивая мне объёмный пакет, сказала женщина. – Тут тебе и творожок твой и к творожку…
– Ого, сколько всего… Сколько я должен…
– Тьфу на тебя! – С улыбкой отмахнулась Майя Дмитриевна. – Я ж не спрашиваю сколько я тебе должна, вот и ты не спрашивай. Кушай на здоровье.

Всю дорогу обратно домой я всё думал о том, сколько же жизненных историй скрывается в душе тех, кого мы видим на улице, у кого покупаем молоко или мимо кого просто проходим, идя по делам. Сколько же сложных судеб, о которых мы узнаём и сколько ещё всего того, о чём мы никогда не узнаем…

***

Как-то раньше я не заострял внимание на всем известной и избитой фразе «стерпится-слюбится», но теперь она для меня имеет совсем не позитивное значение. Мне кажется, что как только эта фраза становится причиной и оправданием отношений, это становится началом искалеченной жизни, как минимум одной жизни… Хотя мне искренне хочется верить, что у кого-то всё же получилось так, что и стерпелось, и слюбилось.

История из личной коллекции Петровича на istorii-petrovicha.ru.

Вы также можете насладиться:

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *