Еще несколько минут назад быстро несущаяся по заброшенной части города новехонькая иномарка резко затормозила возле недостроенного высотного дома. Из машины вышла молодая и привлекательная девушка.


— Вот черт, а только вымыла утром… – С досадой сказала девушка, глядя на пыльные бока авто. – Угораздило же этому идиоту…

Не успела она договорить, как раздался звонок телефона. Быстро вынув мобильный из кармана джинсовой куртки, девушка бегло пробежала взглядом по экрану и со злостью нажала «ответить».

— Алло. – Гневным голосом произнесла девушка.
— Я знал, что ты не могла не приехать… Я верил… – Раздался счастливый мужской голос в трубке. – Машенька, я так рад…
— Слушай, Андрей, это уже переходит все границы… – Не меняя тона и пробегаясь взглядом по округе, перебила его Маша. –  Сначала звонит в слезах твоя мама, умоляет ответить на твои сообщения, потом ты…
— Главное, что ты приехала, Машенька, я… – Все тем же счастливым голосом говорил Андрей.
— Где ты? – Строго перебила собеседника Маша.
— Я на 10 этаже. – Коротко ответил Андрей. – Теперь мы точно поговорим, или…
— Или? – Прервала паузу Маша, когда после слова «или» Андрей замолчал.
— Или все будет кончено! – Серьезно ответил Андрей.
— Ты идиот? – Перепугано выкрикнула Маша, найдя взглядом Андрея, стоящего в балконном проеме недостроенного дома. – Точнее нет, не так! Это не вопрос! Это утверждение! Ты идиот! Спускайся! Хватит с меня твоих детских завихрений!
— Нет! Иди ты сюда! – Все еще серьезно отвечал Андрей. – Иначе у нас снова не получится поговорить! Ты или уйдешь, или не станешь меня слушать, а я…
— А ты идиот! – Снова грубо констатировала Маша.
— Я уверен, что сейчас мы все решим! – Решительно, но с улыбкой сказал Андрей. – Хотя… Решай сама… Можешь и уехать, но тогда…

Андрей делал паузы между фразами, но Маша больше не перебивала его. Она понимала, что это может быть шуткой, но не исключала, что Андрей не шутит. Странно, но думала она не о том, прыгнет он или нет, а о том, сможет ли она жить потом с ощущением, что не поднялась, а уехала, а этот идиот сиганул с десятого этажа. Андрей говорил еще по нескольку фраз, делая между ними паузы, а Маша судорожно соображала, что ей делать.


— Поверь, сегодня точно все решится! Я уверен… – Продолжал Андрей. – Так ты идешь?
— Иду! – Грубо ответила Маша и положила трубку.

Стройка дома давно была заморожена, поэтому повсюду валялись какие-то уже непригодные стройматериалы, покрытые многолетней грязью. Район этот отдаленный и добраться сюда пешком практически невозможно, поэтому ни дети, ни молодежь не облюбовали недострой, как место встречи и игр. Можно сказать, что территория тут была нетронутая, то есть непроходимая, особенно для дамы на каблуках.

Маша старалась аккуратно ступать между кустами травы, боясь ступить на что-то острое или споткнуться. В ее голове мелькало только одно – «ну, ладно, он идиот, а я дура, дура, дура…». Вместо того, чтобы думать как буду объяснять на работе что сорвалась и быстро уехала в неизвестном направлении, она вспоминала все ситуации, которые, по ее мнению, привели к сегодняшним событиям.

Ей было 28, когда Андрею исполнилось 16. Она совсем не замечала соседского мальчика, жившего этажом выше, но тогда еще даже не представляла, что он давным-давно заметил красивую девушку и решил, что она будет только его. Это потом она узнала обо всем этом, когда спустя два года Андрей открылся ей… Причем как открылся… Был тридцатый День рождения Маши. Роскошное застолье в уютном кафе, поздравления от друзей и… Главный подарок – измена мужчины, за которого Маша через несколько месяцев должна была выйти замуж. Зареванная и изрядно захмелевшая она добралась домой на такси и, не переодеваясь, завалилась на диван в обнимку с начатой бутылкой дорогого шампанского. Глаза щипали от попавшей в них косметики, но Маше было все равно. Она ревела навзрыд, то ли жалея себя, то ли от ненависти к изменившему ей мужчине.

Через какое-то время за окнами потемнело и в комнате стало неуютно. Уже немного успокоившись, Маша включила телевизор, добавив помещению немного света, и отправилась на кухню за очередной бутылкой шампанского. И именно в этот момент в двери кто-то позвонил.

— С Днем рождения… Точнее с юбилеем… – Робко сказал стоящий на пороге парень, в котором Маша не узнала соседского парнишку. – А эти цветы тебе…
— Курьер что ли? – Грубо спросила Маша. – Кобель этот извиняется, наверно? Так отправь этот веник ему обратно!
— Я не курьер! – С какой-то обидой сказал Андрей и решительно придержал дверь, не позволяя Маше ее закрыть. – Это от меня! И вот еще…
— От тебя? – Удивленно и захмелевшим голосом спросила Маша, рассматривая сунутую ей в руки коробочку.
— Да, там кулончик, красивый… – Снова смущенно сказал Андрей.
— Ну, заходи, не курьер… – Открывая дверь шире, сказала Маша и тут же пошла в комнату.
— А цветы? – Уже разуваясь в прихожей, громко спросил Андрей.
— Положи там. И дверь закрой, просто захлопни. – Громко отвечала из комнаты Маша.


Когда Андрей вошел в комнату, Маша уже сидела на диване, поджав под себя ноги и рассматривала кулончик, лежащий в приоткрытой коробочке.

— Я сам выбирал… – Решил прервать паузу Андрей. – Подработал и на все купил, для тебя…
— А ты кто? – Переводя взгляд с коробочки на Андрея, спросила Маша.

Вот тут Маша и узнала, что оказывается уже два года является предметом обожания молодого соседского парнишки, который набрался смелости подойти к ней только сейчас. Он с упоением и небольшим смущением рассказывал о том, как следил за Машей из окна, когда та садится в машину утром и как вечерами сидит и смотрит в окна, ожидая, что там зажжется свет. Как мечтает о том, что однажды они будут вместе…

— Да ты садись! – В какой-то момент перебила Андрея Маша, похлопывая диван рядом с собой. – Чего столбычишь тут, в ногах правды нет. Шампанское будешь?
— Буду. – Как-то очень уверенно сказал Андрей.
— А лет тебе сколько? – С хмельной улыбкой спросила Маша.
— 18 исполнилось. – С какой-то гордостью ответил Андрей.
— Ну, тогда можно! – Наливая в стоящую на журнальном столике кофейную чашку, сказала Маша.
— А ты что? Плакала? – Принимая из рук Маши чашку, спросил Андрей.
— Ага. – Сухо констатировала Маша. – От счастья, что замуж теперь не выйду!
— Почему же не выйдешь? Выходи! За меня! – Придвигаясь на диване чуть ближе к Маше, сказал Андрей.

В ответ Маша только рассмеялась, после чего сделала еще несколько глотков из бутылки. А Андрей, окончательно осмелев, стал рассказывать как он любит Машу и как будет любить… Казалось что все, о чем мечтал, сейчас льется беспрерывным потоком слов. Маше было забавно слышать то, что говорил парень. Будь она трезвая, этого разговора и не состоялось бы. А сейчас она вполуха слушала Андрея, вспоминала сегодняшний День рождения и думала о том, правильно ли поступила, что отключила телефон, не давая возможности даже подругам позвонить и успокоить.

— Так сколько говоришь тебе лет? – Перебив Андрея, который в который раз признавался в любви, спросила Маша.
— 18. Два месяца назад исполнилось. Взрослый я уже, потому и … – Затараторил Андрей.
— Взрослый, говоришь? – С ухмылкой перебила его Маша. – Все вы взрослые, только кобели беспросветные… Все до одного…
— Я не такой! – С какой-то детской обидой в голосе сказал Андрей. – Хочешь я отомщу тому, кто тебя обидел? Хочешь? Я за тебя даже убить могу!
— Ха-ха-ха! – Демонстративно и громко проговорила Маша. – Убьешь, говоришь? Нееее, убивать это грех, а еще уголовная ответственность… А вот отомстить можно и не нарушая закон…


Маша сходила за еще одой бутылкой шампанского, запас которого всегда имелся у нее в холодильнике. И потом случилось то, что по мнению Маши и стало спусковым крючком для всех дальнейших событий в ее жизни.

Когда смотрела фильмы, где изменникам мстят изменой, Маша не понимала как это может помочь и даже осуждала такие действия героев в кино. Но сейчас… Сейчас ей действительно стало морально проще. Она даже с какой-то благодарностью смотрела на этого случайно появившегося на ее пороге парнишку, который робко натягивал трусы.

— Выходя, двери захлопни. – Сказала Маша и снова потянулась за бутылкой с шампанским.
— Спасибо… – Стараясь не смотреть на Машу, довольным тоном сказал Андрей. – Я так мечтал, что моей первой женщиной будешь именно ты…
— Главное, чтобы не последней. – С улыбкой сказала Маша. – Дверь не забудь захлопнуть.

На следующий день, прямо с утра, Маша решила, что нужно побыть наедине с собой, а в городе ей этого сделать не позволят. По телефону, сославшись на болезнь, Маша отпросилась с работы и, вызвав такси, поехала за город к бабушке, которую очень давно не видела…

С этими мыслями Маша уже дошла до входа в подъезд недостроенного дома, у которого стоял скутер Андрея.

— Маш, ну ты где? – С какой-то детской нетерпимостью в голосе, громко крикнул Андрей.
— Тут, блин… – Сказала себе под нос Маша, глядя на лестничные пролеты без перил и размышляя как она будет подниматься на 10 этаж.
— Маааааш! – Еще громче закричал Андрей.
— Та идууууу! – Раздраженно заголосила Маша, делая первые шаги по грязной бетонной лестнице.
— Ураааааааа! – Во все горло заголосил Андрей.


Маша цокала тонкими каблучками по ступенькам, стараясь ступать ближе к стене. Отсутствие перил ее очень смущало, поскольку она ужасно боялась высоты и самый страшный страх для нее – упасть с высоты. Стараясь не смотреть вниз, она не торопясь преодолевала ступеньку за ступенькой, пытаясь сохранять силы на весь путь до 10 этажа.

Каблучки ее цокали так же, как тогда, когда она вернулась от бабушки, побыв наедине с собой. Вернулась в город она уверенная, что может двигаться дальше и уже не осталось обид за несостоявшуюся свадьбу и измену. Именно поэтому, вернувшись из деревни, она привела себя в порядок и четко решила, что закрепить успех самореабилитации необходимо шопингом. Она вышла из подъезда с гордо поднятой головой и не спеша, словно чеканя шаг, шла к своей машине.

— Маш! – Окликнул девушку Андрей, сидевший недалеко от места парковки Машиной машины возле своего скутера. – А ты где была? Я уже переживать начал… Думал случилось что-то…
— А, это ты, не курьер… – С улыбкой сказала Маша и на расстоянии нажала на сигнализацию авто, чтобы открыть двери.
— А меня в армию забирают… Я тебе тогда не успел сказать… – Стремительно приближаясь к машине Маши, сказал Андрей.
— Ну, поздравляю. – Даже не замедляя шаг, сказала Маша. – Мужиком станешь, а девушки любят мужиков, особенно служивых…
— Ты меня будешь ждать? – Перебив Машу, сказал Андрей.
— В смысле?! – Уже дойдя до авто, спросила опешившая от вопроса Маша.
— Ну, из армии ждать будешь? – Заискивающе, но как-то робко спросил Андрей.
— С какой радости? – Немного грубо вопросом на вопрос ответила Маша и открыла дверь своей машины…
— Ну, я думал… После того, что было… Я же тебе признался… Ты у меня первая… –Сбивчиво затараторил Андрей, явно не ожидавший такой холодности от Маши.
— Слушай, не курьер, я не знаю что ты там себе нафантазировал… – Строго и глядя прямо в глаза собеседнику, сказала Маша. – Только ты забудь! Фантазии – это фантазии, а жизнь – это жизнь! И в жизни так бывает, что не все, как хочется…
— Андрей! – перебив Машу, сказал парень.
— Что? – Переспросила девушка.
— Меня зовут Андрей! – Как-то уж слишком уверенно сказал парень. – То есть не будешь ждать, да?
— Нет, Андрей, не буду! – Уже садясь в авто, сказала Маша. – Так что прощай.
— Я буду писать тебе, каждый день! – Почти крикнул Андрей перед тем, как Маша успела закрыть двери машины.


Маша не обращала никакого внимания, ни на слова, ни на самого Андрея. Она умело вырулила с парковочного места перед домом, выехала со двора и уже неслась навстречу увлекательному шопингу.

Решив, что она пока не готова к отношениям, Маша даже не пыталась флиртовать с мужчинами. Мало того, она достаточно грубо отшивала каждого, кто хоть как-то пытался уделять ей внимание. Маша решила для себя, что ближайшие годы проведет в построении хорошей карьеры. Она уговорила себя, что сорвавшаяся свадьба – это знак того, что детей нарожать она еще успеет, а сейчас стоит строить свою будущую блестящую юридическую карьеру.

Она, может быть, и не вспомнила бы никогда Андрея, тот свой День рождения, когда он появился на пороге ее квартиры, ту встречу во дворе, когда он заявил, что уходит в армию… Она бы точно ничего этого не вспомнила, если бы влюбленный служивый не вернулся домой. Да, она часто получала письма от него, но не читала. Она вообще не читала ничего, что клали ей в почтовый ящик, а просто выбрасывала не глядя. Номера ее телефона Андрей не знал, поэтому и забрасывал письмами, надеясь, что объект его обожания их читает.

Но служба закончилась и Андрей вернулся… Вернулся не только домой, но и в жизнь Маши, хотя она об этом и не просила. Несколько раз он пытался заговорить с ней во дворе, поджидая любимую у машины, но Маша оставалась непреклонной, игнорируя парня. Пока однажды вечером к ней не пришла мама Андрея.

— Вы кто? – Открыв двери, вопросительно спросила Маша.
— Ирина я, Валерьевна… – Сказала женщина. – Машенька, мне очень надо с тобой поговорить, это очень важно, как мать тебя прошу.
— О чем поговорить? – Спросила ничего не понимающая Маша.
— О сыне моем, об Андрюше… – С какой-то теплотой в голосе, сказала женщина.
— Не понимаю о чем разговаривать можно… –  Как отрезала Маша. – А Вы бы, как мать, повлияли на него, чтобы не таскался за мной и не выслеживал…
— Машенька, да влияла я, ой как влияла… да что ж с ним сделаешь-то? Лоб вон какой вымахал… Как чуть что, так сразу мне говорит, мол, мама я взрослый, сам разберусь… — Сбивчиво продолжила говорить Ирина Валерьевна.
— Так, а от меня что хотите-то? – Так и не предлагая войти, держа гостью на пороге, спросила Маша.
— Любит он тебя, понимаешь? Любит давно и сильно. – Немного нервничая, но стараясь говорить уверенно, продолжала Ирина Валерьевна. – Я бы тоже хотела, чтобы он девочку своего возраста нашел, а он, вот видишь…
— Ближе к теме, пожалуйста… – Уверенно перебила Маша собеседницу.
— Я вот что подумала… Может чтобы дурь-то с головы его выбить, ты бы вроде как бросила его? А?
— В смысле бросила? – Опешила от услышанного Маша. – Мы, вроде как, и не вместе, и никогда не были! Как я его бросить могу?
— В том-то и дело! – С энтузиазмом продолжала Ирина Валерьевна. – Может ты бы это… Ну, сделала вид, что встречаешься, а там бы быстро все закончилось… Он бы на сверстниц переключился…
— Вы вообще в своем уме? – Почти прокричала Маша. – Вы вообще понимаете о чем говорите и кому?
— Машенька, я понимала, что ты так можешь отреагировать, но ты меня, как мать пойми… – Почти расплакавшись, говорила Ирина Валерьевна.
— Ну, тогда и Вы меня, как мать поймите! – Ответила Маша. – Будем считать, что этого разговора не было.


Общение тогда продлилось еще несколько минут. Ирина Валерьевна тщетно пыталась решить вопрос с Машей, а Маша не знала как тактичнее подобрать слова, чтобы не обижать собеседницу. Успокоилась и согласилась закончить разговор соседка только тогда, когда Маша обещала подумать как решить этот вопрос и оставила соседке номер своего телефона.

Когда Маша уже стала думать, что большего маразма в ее жизни и быть не может, произошло то, что произошло. Сегодня она сидела на работе, когда привычно зазвонил мобильный. Поднимать трубку с незнакомого номера ей было привычно – визитки она раздавала щедро, да и рекламу своих юридических услуг давала на этот номер.

— Маша, это я! – Послышался в трубке довольный голос Андрея.

Маша привычно сбросила разговор и поставила телефон на вибровызов. «Вот гаденыш, снова номер сменил, и дня не прошло…» – со злостью подумала Маша и тут же телефон завибрировал, высвечивая тот же номер. С момента, когда Андрей вернулся из армии, прошло больше полугода и все это время он, сначала ненавязчиво, а теперь уже настойчиво добивался хоть какого-то внимания Маши.

Телефон вибрировал и вибрировал, высвечивая новый, пока еще не заблокированный Машей номер Андрея. Маша злилась, но так и не могла придумать как отвязаться от навязчивого ухажера. Когда в очередной раз телефон завибрировал, Маша твердо решила, что переедет! Куда-то далеко, может даже в другой город… И номер телефона там сменит на новый. Взгляд Маши скользнул по экрану мобильного, где высветился уже совсем другой незнакомый номер.

— Алло, Машенька? – Послышалось в трубке еще до того, как Маша произнесла свое «алло». – Это Ирина Валерьевна. Машенька, только не бросай трубку, Богом молю…
— Слушаю Вас. – Помня, что находится в кабинете не одна и потому стараясь говорить как можно спокойнее, сказала Маша.
— Машенька, как мать тебя прошу… Поговори с Андреем… Задумал он неладное… – Слышно было, что сквозь слезы говорила Ирина Валерьевна. – Заклинаю тебя всеми святыми… Один у меня сын, понимаешь…. Ну поговори ты с ним, Машенька… Только сейчас надо… Он где-то там… Что-то там сделать хочет, понимаешь? Я его знаю, не шутит он точно… Машенька, ты меня слышишь?
— Я Вас поняла. – Спокойно и официально отвечала Маша, хотя ее переполняла злость. – Я прямо сейчас перезвоню. Да. Все. Перезвоню.

Стараясь взять себя в руки, Маша взяла телефон и вышла из кабинета в коридор. Несколько минут поколебалась, а потом все же набрала тот самый новый незнакомый номер Андрея. Еще до того, как пошли гудки, она уже размышляла в какой бы город подальше ей переехать и насколько быстро это получится сделать. И только она начала думать получится ли на новом месте устроится на такую же хорошую работу, как Андрей снял трубку.


— Машаааа! Маш, трубку не бросай, пожалуйста! – Буквально кричал Андрей. Нам очень надо поговорить! И в этот раз ты меня точно выслушаешь! Я уверен! Иначе все…
— Говори! Только быстро, я на работе. И пусть после этого будет все, как ты говоришь. – Злясь, но стараясь говорить спокойно, сказала Маша.
— По телефону нельзя, надо лично. – Продолжал радостно и громко говорить Андрей. – Я уверен, что мы сможем все решить. Я просто в этом уверен… Ты мне не давала возможности все тебе объяснить, сказать…
— Я на работе. – Перебила его Маша. – Кроме того, встречаться с тобой я не хочу, и ты это знаешь, но все равно меня преследуешь, если можно так сказать. Так что или говори по телефону и сейчас или…
— Угадай где я. – Перебил ее Андрей.
— Андрей, я не маленькая девочка, чтобы в угадайки играть. Да и неинтересно мне где ты и что ты делаешь! – Достаточно строго сказала Маша. – Так что давай быстрее к сути и закончим.
— Скажи, а ты сможешь жить с мыслью, что из-за тебя умер человек? – Сменив тон на серьезный, спросил Андрей.
— Нет. – Честно и как-то машинально ответила Маша.
— Тогда приезжай, прямо сейчас… Иначе… – Андрей замолчал, ожидая какой-то реакции Маши, но девушка молчала и Андрей продолжил. – Я уверен, что мы все с тобой решим, здесь и сейчас, только приезжай… И даже если ты не захочешь быть со мной, я приму это, но только приедь…

Маше не хотелось никуда ехать, а тем более туда, где Андрей. Но его слова «даже если ты не захочешь быть со мной, я приму это» очень подкупали и Маша даже подумала, что может не придется никуда переезжать и менять работу, где она уже успела добиться многого…

— Маш, ты чего молчишь? Ты приедешь? – Настойчиво спросил в трубку Андрей.
— Где ты? – Спокойно спросила Маша.
— На 10 этаже… – Слышно было, что довольным тоном, сказал Андрей. – В недостройке… И это… Если ты не приедешь, то я того… А ты сказала, что жить с этим не сможешь…

Злость переполняла Машу. Ей казалось, что малолетний ухажер подумает, что ее можно шантажировать. Но девушке так давно хотелось решить вопрос с навязчивостью Андрея, что она четко решила обсудить и решить все сегодня. Сейчас! Узнав, где находится Андрей, она вернулась в кабинет за ключами от машины и, не сказав никому ни слова, вылетела из здания. Ехала она быстро не потому что хотела быстрее встретиться с Андреем, а чтобы хоть как-то унять свою злость, которая никак не хотела улетучиваться.


И вот она в своих любимый фирменных туфлях, сбивает носки и портит набойки в недостроенном здании в заброшенном районе и находится тут по воле того, кого не хотела бы видеть никогда. В какой-то момент Маша сбилась со счета и уже не понимала на каком она этаже и сколько пролетов еще нужно пройти. Каждая ступенька давалась все тяжелее и тяжелее. Ноги начинали болеть и даже немного труситься.

— Да где ты уже? – Со злостью крикнула Маша.
— Туууууууут! – Где-то уже совсем недалеко раздался голос Андрея. – Когда увидишь лепестки роз, значит, ты пришла.
— Только этого не хватало! – Сказал себе под нос Маша, стараясь унять одышку.

Буквально через пролет она увидела те самые лепестки роз, о которых говорил Андрей. Осилив последние ступеньки, она остановилась и всячески пыталась перевести дух. Сердце бешено колотилось и от трудного подъема, и от страха высоты и отсутствия безопасности вокруг, и от злости на Андрея. Все еще тяжело, но, уже ровно дыша, она зашла в проем, который должен был служить дверью в какую-то квартиру.

— Ну, и? – Строго, но спокойно спросила Маша, ища глазами Андрея.
— Ты пришла! Ты все-таки пришла! – По-детски радостно кричал Андрей и его голос эхом разносился в пустом помещении, где были только несущие стены.
— Только потому, что ты сказал, что мы все решим сегодня, здесь и сейчас… – Сказала Маша, двигаясь на голос Андрея, раздававшийся где-то за впереди стоящей стеной.
— Конечно, решим! Обязательно решим! Иди сюда! – Еще более радостно, но уже тише говорил Андрей.


Войдя в очередной проем, Маша увидела стоящего на окне балконного блока Андрея. Ее сердце буквально оборвалось. Нет, она не боялась, что Андрей действительно выбросится из окна. Ей просто даже думать было страшно как человек может добровольно стоять буквально на краю обрыва. С ее страхом высоты, поступок Андрея – это нечто из серии фильма ужасов. Сердце Маши снова бешено заколотилось.

— Присаживайся! – Учтиво сказал Андрей, кивая куда-то вправо. – Разговор не на 5 минут, а ты точно устала, пока поднималась.
— Да уж, устала… – Пытаясь успокоиться, сказала Маша.

Там, куда кивал Андрей, была оборудована такая себе зона для романтического свидания. Видимо именно так это видел Андрей. Два видавших виды рыбацких раскладных кресла, раскладной столик с двумя бутылками любимого шампанского Маши, два пластиковых стаканчика, разломанная и положенная прямо на обертке белая пористая шоколадка и связка бананов. Композиция из кресел со столиком стояла в центре выложенного из лепестков роз сердца.

В любом другом случае Маша даже и не подумала бы сесть на неприятные с виду кресла, но у нее просто бешено болели ноги, а присесть было больше некуда. Цокая каблучками Маша медленно дошла до одного из кресел, демонстративно вынесла его из созданного лепестками сердца и буквально плюхнулась на, как оказалось, не очень удобное сидение.

— Там это…  Шампанское твое любимое, шоколадка белая… Угощайся, Маш… – Улыбаясь сказал Андрей.
— Хватит дурить! Спускайся и поговорим! – Строго сказала Маша.
— Неееее! Ты снова откажешься или вообще уйдешь… А я хочу решить все здесь и сейчас! – Решительно ответил Андрей. – Так что я тут постою, для подстраховки. А если ты надумаешь уйти, я это…
— Ну, ты ж и идиот! – Не выдержала и повысила голос Маша. – Ты думаешь что сможешь меня этим шантажировать? Что я буду делать то, что ты хочешь лишь бы ты не ЭТО? Так вот фигушки!
— Маш, ну я же как… – Только начал говорить Андрей.
— То есть, ты считаешь, что таким методом, а именно угрозами, стоя на балконном блоке на 10 этаже, можно добиться желаемого? – Вставая с кресла, буквально кричала Маша, не обращая внимание на жуткое эхо от своих громких слов.
— Маш, я не этого хотел, не такого разговора… – Как бы оправдываясь, говорил Андрей.
— Хорошо, тогда и я буду действовать твоими методами! – Уверенно сказала Маша, медленно идя к стене с пустыми проемами балконных блоков. – Ты хочешь непонятно чего и пытаешься этого добиться, а вот я хочу, чтобы ты отстал от меня… НАВСЕГДА! И если для этого мне придется тебя вот так же шантажировать – я готова! А ты, кстати, сможешь жить, если по твоей вине умрет человек?
— Маш, перестань! – Обеспокоенно сказал Андрей. – Присядь, выпей и мы поговорим… Все же не так должно было быть.


Но Маша не обращала никакого внимания на слова Андрея. Единственное о чем она думала – хватит ли ей духу точно так же стать буквально на краю пропасти. Грела мысль только о том, что если это решит ее вопрос, то все будет не зря.

Понимая, что Маша не шутит, Андрей начал спускаться. Он был в полном смятении, поскольку планировал и представлял встречу с Машей совершенно по-другому. И вот теперь он понимал только одно – все вышло из-под контроля и идет не так, как должно.

Тем временем Маша, насколько могла решительно, приближалась к стене с зияющими дырами окон и проемов, которые должны были служить выходом на балкон. Сначала она решила, что достаточно будет приблизиться к окну и пригрозить, что она сейчас же выбросится из него, если Андрей не отстанет от нее. Ее планы нарушил сам Андрей, который стремительно приближался и был настроен, как минимум, оттащить Машу от опасных проемов, ведущих в никуда. Одна мысль о том, что Андрей сейчас будет касаться ее, вызвала у Маши раздражение, которое победило страх. И тогда она шагнула в сторону проема балконной двери, намереваясь набраться храбрости и, не смотря вниз, ступить на созданный за стеной козырек, который по задумке архитектора должен был когда-то быть полом балкона. На таком же, но соседнем, ничем не огороженном козырьке, еще несколько минут назад сидел Андрей.

Если бы у Маши было хотя бы несколько минут, она точно передумала бы и, наорав на Андрея, отправилась домой планировать переезд. Но ситуация развивалась с огромной скоростью, сердце бешено колотилось… Желание побыстрее и навсегда решить вопрос с надоедливым ухажером и страх высоты боролись между собой, не давая здравому смыслу вставить свои пять копеек по теме. И, когда Андрей уже был совсем близко, Маша набрала воздуха в грудь, как будто перед нырянием в воду, плотно закрыла глаза, чтобы не видеть высоту, которой дико боялась, за считанные доли секунды собралась и решила ступить на козырек-пол балкона.

Андрей успел ухватить ее за рукав джинсовой куртки, что еще больше заставило Машу нервничать. Она с силой выдохнула и махнула рукой, вырывая рукав своей куртки из пальцев Андрея, одновременно пытаясь сделать шаг в выбранном направлении. От резкого взмаха рукой, она немного потеряла равновесие и пошатнулась на тонких каблуках. Чтобы удержаться, она инстинктивно сделала шаг вперед, запнулась, пыталась сделать еще шаг и, почувствовала резкую боль в голове. В следующую минуту она без сознания летела вниз с десятого этажа под истошный крик Андрея, чудом не бросившегося за ней.


Скорая ехала достаточно долго. Все это время Андрей боялся подходить к Маше. Он очень надеялся, что она осталась жива, но понимал, что для этого, как говорится, надо родиться в рубашке. Вместе со скорой приехала полиция, сотрудники которой задавали Андрею много вопросов.

— Говорю же вам, несчастный случай это. Она ударилась головой, случайно, об кусок арматуры, и полетела вниз! – В очередной раз отвечая на вопросы, почти кричал Андрей. – Романтическое свидание у нас было, понимаете?! Романтическое! Да я никогда бы ей плохо не сделал! Я ее любил!
— Романтика в недострое? Это кто же придумал? – Спрашивал сотрудник полиции.
— Я. – То ли с гордостью, то ли с сожалением отвечал Андрей.

Все время общения с полицейскими, Андрей боролся с желанием увидеть Машу, пусть даже в последний раз, пусть даже разбившуюся… С одной стороны ему хотелось запомнить ее такой, какой она была, а с другой стороны, ему хотелось видеть ее любую.

Задача врачей усложнялась тем, что добраться до стены здания, под которой лежала Маша, было слишком тяжело – там было много мусора, горы песка и строительных материалов, через которые сложно было пройти. Понимая, что шансы выжить, упав с 10 этажа очень малы, врачи не очень-то торопились. Ступая и переступая, выбирая путь, по которому хоть как-то можно добраться к Маше, они обсуждали как будут выносить на носилках тело. И это заботило их больше, чем сама Маша.

— Жива! – Послышался крик одного из врачей, который скрылся от глаз Андрея за большой горой песка и строительных материалов. – Ребята, жива! Быстрее!
— Вот видишь, жива невеста твоя. – С какой-то улыбкой сказал полицейский Андрею. – Значит, не убийство… А может покушение? Или самоубийство? Разберемся.

Маша пришла в себя только в больнице и то не сразу, а через несколько недель. Ей казалось, что она проснулась, но почему-то не может открыть глаза. Голова и тело ужасно болели и очень хотелось пить. И только когда Маше все же удалось открыть глаза, она узнала, что теперь ее жизнь делится на ДО и ПОСЛЕ. И как бы врач не говорил, что ей повезло падать без сознания, что помогло благоприятно повлиять на исход падения, как бы не уговаривал, что выжила – это самое главное… Маша никак не могла смириться с мыслью, что она, возможно не сможет ходить, а, может быть, и вставать тоже… А ведь ей еще даже 33 не исполнилось, вся жизнь впереди…

Язык ворочался плохо, говорила Маша еще не очень понятно, а вот плакалось ей легко. Почти неподвижно лежа на спине, она молча ревела, даже не всхлипывая. Струйки слез стекали и убегали в уши, отчего становилось противно, но Маша никак не могла остановиться. В какие-то моменты к ней подходила медсестра, делала укол и тогда Маша засыпала. Но, проснувшись, она ревела снова и снова… Для нее неважно было ничего – ни приходящие к ней с расспросами полицейские, ни проведывающие ее родители и друзья, ни уверение сотрудников, что ее место на работе будут держать, пока не поправится… Маша понимала, что жизнь ее не будет прежней. А еще ее жутко бесило, когда в очередной раз медсестры говорили, что пришел Андрей. Тогда Маша в очередной раз просила его не пускать и вообще не говорить ей о его приходах.


Спустя почти год Маша оказалась дома. За время в больнице и после большого количества операций и физиотерапии, она так и не смирилась с тем, что произошло. На память о том самом дне у нее остались видные на руках и шее шрамы и обездвиженные ноги. И, как не старались врачи убеждать, что ей повезло и жизнь не закончена, ведь она даже детей еще сможет иметь, если захочет, Маша не верила в чудо. Уверенная в себе юристка превратилась в истеричную и депрессивную инвалидку – именно так она себя и называла.

Маша уже полгода была дома, под присмотром двух круглосуточных сиделок, которые посменно присматривали и ухаживали за ней. Девушка не спешила даже пытаться возвращаться к жизни, считая, что ее жизнь закончена. Ей не хотелось ничего. Единственное к чему Маша до сих пор питала интерес – это книги, которые она читала запоем, отвлекаясь от реальности и ненадолго забывая обо всем. Она все еще злилась на Андрея. Только, после нескольких встреч с психологом, уже по другому поводу – теперь бесило, что он так ни разу и не навестил ее. По совету психолога, ей очень хотелось увидеть его, может быть все высказать и отпустить обиду, чтобы двигаться дальше… Но, с тех пор как Маша выписалась из больницы, Андрей так ни разу и не объявлялся. Однажды именно об этом она разоткровенничалась с одной из сиделок.

— Мария, так ты же сама просила его не пускать! – Удивилась в ответ сиделка Вера Павловна. – Или забыла ты что ли? Прямо так и сказала, когда я к тебе в первый раз пришла – если пущу, так уволишь меня.
— Ну, так то когда было же? – С грустью сказала Маша.
— Пусть и давно было, так ты же потом требования-то своего не отменяла. – Продолжала Вера Павловна. – А Андрей этот и дня не было, чтобы под дверями не стоял. Да все выспрашивает, мол, как Маша… Ты, если ругаться не будешь, так скажу тебе, что вон то фрукты, то шоколадки эти белые пористые, так это все от него.
— Ах, вот как? – То ли удивленно, то ли раздосадовано, констатировала Маша.
— Вот тебе и как! – Спокойно сказала Вера Павловна. – Поговорить вам надо… Мается парень, да и ты тоже…
— Вот и психолог то же советует… – Как-то безразлично сказала Маша.
— Так тут и без психологов понятно все! Ты на него злишься и тебе высказать все надо, а он вину чувствует, ему душу облегчить хочется. – Продолжала Вера Павловна. – А знаешь, как мы поступим, а?
— Как? – С любопытством спросила Маша.
— Ты ж упертая! Хоть по моему совету, хоть психолога твоего, а никогда не скажешь «пусти Андрея», хоть и надо будет так, что аж припечет. – С какой-то хитрецой продолжала Вера Павловна. – А ты меня не проси! Поняла? Не проси! Ты только не увольняй, если я, выходя в магазин, двери на ключик закрыть забуду. Поняла?
— Даже не знаю. – Честно ответила Маша.
— Вот и хорошо. Поняла – не поняла, а не важно. Отдыхай давай. Вон почитай и отдыхай. – Набрасывая плед на ноги Маше, сказала Вера Павловна и удалилась, предупредив, что отправляется в магазин.

Буквально минут через 15 входные двери потихоньку открылись. Маша даже не поняла, что в квартиру кто-то зашел. Под звуки музыки, доносившиеся из телевизора, она читала книгу, не обращая внимания ни на что. Андрей остановился в дверном проеме, ведущем в комнату, и просто смотрел на Машу. Она лежала на том же диване, где они когда-то… Она все так же притягивала Андрея к себе, даже такая беззащитная…

Такого разговора, как планировала Маша, не получилось. Да и Андрей ожидал совсем другого… Маша много раз репетировала этот разговор в своей голове, придумывала кучу фраз, оскорблений, упреков… Но, увидев Андрея, ей не захотелось говорить ничего. По его взгляду было понятно, что он и так знает все, что она может и хочет сказать. А вот сам Андрей думал, что Маша проявит к нему хоть какие-то чувства, даст хоть один повод, хоть один намек… Разговаривали они спокойно и в основном общими фразами про самочувствие и погоду.

— Маш. – Начал вдруг как-то серьезно Андрей. – Я понимаю, что не должен вспоминать, но все же…
— Только не начинай опять! – Строго перебила его Маша.
— Да я как раз и не начинаю, ты только послушай, пожалуйста. – Все так же серьезно продолжал Андрей. – Я же обещал, что в тот день мы все решим? Что будет так, как ты решишь… И я помню, что ты решила… И я хочу выполнить свое обещание – я делаю так, как ты решила.
— Это ты о чем? – С любопытством спросила Маша.
— Я о том, что больше никаких преследований и всего такого… – Глядя прямо в глаза Маше, уверенно ответил Андрей.
— Да уж какие тут преследования, когда я с дивана не встаю?! – Сделав над собой усилие, чтобы улыбнуться после сказанного, сказала Маша.
— Я серьезно, Маш. – Проигнорировав последнюю фразу собеседницы, сказал Андрей. – Только это… Позволь мне быть рядом, как другу. Правда, как другу.
— Зачем? – Удивленно спросила Маша.
— Тебе честно сказать? – Опустив глаза, ответил вопросом на вопрос Андрей.
— Ага. Честно. – Продолжала Маша. – Совесть мучает? Да?
— Мучает, но не в ней дело. – Все также не поднимая глаз на Машу, продолжал Андрей. – Не могу без тебя, понимаешь? Ну, не могу! За все это время, пока тебя не видел, решил, что хоть сиделкой, хоть другом, хоть кем готов быть, только бы рядом… Но не как раньше, Маш, понимаешь? Я же пообещал… Я просто буду рядом, и если ты когда-то захочешь… Если ты когда-то изменишь свое мнение…

— Не захочу! Не изменю! – Уверенно сказала Маша. – Но психолог мне рекомендует общение с тобой, чтобы избавиться от… От осадка на душе… Так что дружба это будет или, скорее всего, нет, а заходить можешь…

Первые несколько месяцев, в которые Андрей заходил к Маше каждый день, девушка пыталась хоть как-то словесно его уколоть. Ей почему-то не хотелось на него кричать или что-то высказывать. Ей хотелось, чтобы Андрею было больно и неприятно, хотя бы морально. Она много раз думала о том, а желала бы она ему такого же, чтобы он тоже лежал вот так… И каждый раз понимала, что не желает зла глупому малолетке (как она его называла), который просто влюбился не в ту женщину. Она же понимала, что не будь того вечера… Вечера ее тридцатого Дня рождения… Может быть и не произошло все то, что произошло… Андрей все понимал, поэтому не обижался и вообще никак не реагировал на подколки и едкие фразы Маши.

Но очень скоро Маша привыкла к приходам Андрея. Он оставался все надольше и надольше, а иногда Маша даже освобождала на вечер сиделку, поскольку Андрей брал ее обязанности на себя. Обычно они разговаривали ни о чем – Андрей рассказывал что происходит в их городе и районе, а Маша делилась прочитанным в очередной книге. Но все это время Андрей готовился к серьезному разговору. И, подумав что так и не дождется удачного момента, решил серьезно поговорить с Машей, просто перебив ее во время очередного пересказа книги.

— Маш, извини, я вот спросить хотел тебя… – Решительно, но спокойно начал Андрей.
— О чем? – С каким-то беспокойством спросила Маша, боясь, что Андрей снова будет разговаривать о любви.
— А ты почему в коляску не хочешь садиться? – Глядя прямо в глаза собеседнице, спросил Андрей. – Вон какая крутая стоит, прямо Феррари среди инвалидных колясок. Да и врачи советуют уже вставать хоть понемногу…
— А ты чего после армии учиться не идешь? – Решила перевести разговор на другую тему Маша, до сих пор боясь даже мысли о том, что ей придется встать с кровати, а она не сможет.
— Да при чем тут я и моя учеба? – Удивленно и даже немного возмущенно спросил Андрей. – Я же о тебе сейчас и вполне серьезно…
— И я серьезно! – Настаивала Маша. – Ты вон у мамки своей один. Это ты в свои двадцать с небольшим крепкий, чтобы мешки в супермаркете тягать. А потом что?


В комнате повисла небольшая пауза. Маша боялась, что Андрей снова поднимет тему с инвалидной коляской, а Андрей размышлял, над сказанным Машей.

— Боюсь я… – Нарушил тишину Андрей. – Боюсь. Хоть и мужик, а боюсь…
— Это чего же? – С большим любопытством спросила Маша.
— А всего, что связано с учебой. – С грустным вздохом сказал Андрей. – Боюсь, что мама не потянет мою учебу, боюсь что из-за учебы не смогу работать и помогать маме, боюсь, что и диплом не поможет найти хорошую работу… В общем, боюсь…
— Вот и я боюсь… – Честно сказала Маша в ответ на откровения Андрея.
— А ты-то чего? – Удивленно спросил Андрей.
— А того, что сесть не смогу… – Грустно ответила Маша. – Вот пока лежу, даже не знаю могу сидеть или нет, а это лучше, чем осознать что я в свои тридцать с небольшим даже сидеть не могу. Вот и боюсь… Пусть лучше так…
— Машенька, да что ты? – Непривычно нежно сказал Андрей. – Не попробуешь – не узнаешь! А ты точно сядешь! А там знаешь что?
— Что? – С каким-то безразличием спросила Маша.
— Гулять тебя буду вывозить… На улице-то знаешь как сейчас хорошо! – Воодушевившись, продолжал Андрей. – А там и с работой наладится у тебя, отвлечешься и…
— С какой работой? Шутишь? Кому я такая нужна юристка-инвалидка… – С какой-то иронией сказала Маша, перебив Андрея.
— Ха! – Громко произнес Андрей. – А зачем кому-то знать, что ты…
— Инвалидка? – С еще бОльшей грустью сказала Маша.
— Я узнавал… – Спокойно продолжил разговор Андрей, довольный, что беседа продолжается не о его учебе, а о Маше. – Сейчас можно в интернете работать, просто сидя дома за компьютером. И главное тут слово СИДЯ, поняла? Ты же хороший юрист? Да?
— Хороший… – С какой-то грустинкой в голосе, сразу же ответила Маша.
— Ну так… Так чего же мы ждем? Может… – Начал говорить Андрей, вставая со стула, стоящего рядом с диваном, на котором лежала Маша.
— Не может! – Резко ответила Маша. – Вот ты боишься, и я боюсь. Так что ты понимаешь сам почему я говорю НЕТ.

Снова повисла тишина. Каждый думал своем. Маша впервые за все время допустила мысль о том, что действительно может снова работать. Она несколько раз уже думала об этом, еще когда была в больнице, но почему-то гнала от себя эти мысли. Ей почему-то становилось неприятно и жалко себя, поэтому она обещала себе, что больше не станет думать ни про инвалидное кресло, ни про работу, пусть даже удаленную.

— Знаешь, а давай договоримся! – Решительно прервал мысли Маши Андрей. – Только прямо здесь и сейчас!
— Договоримся? – Удивленно спросила Маша.
— Ага! – Уже с улыбкой говорил Андрей. – Я боюсь, и ты боишься… А если я поборю свой страх, ты свой поборешь?
— Не поняла… – Растерянно сказала Маша.
— Давай каждый поборет свой страх – ты сядешь в кресло, а я поступлю в институт! – Каким-то торжествующим тоном сказал Андрей.

У Маши не было вменяемого ответа. Ей нравилась сама мысль о том, что она думает о работе и ей от этого больше не больно. Восприняв затянувшуюся паузу, как сомнение с пока еще не принятым решением, Андрей решил действовать. Он быстро встал со стула и ловко подкатил стоящую в другом конце комнаты инвалидную коляску к дивану.

— Поскольку сейчас у нас апрель и поступить прямо сегодня я не могу, отложим борьбу с моим страхом на пару месяцев. А вот ты можешь начать прямо сейчас. – Сказал Андрей, склоняясь над Машей.
— Почему сейчас? – Только и успела сказать Маша, когда Андрей уже аккуратно приподнимал ее с постели.

Сесть в инвалидное кресло оказалось проще, чем казалось Маше. Она все еще не чувствовала ног, но сидеть ей понравилось. У нее даже промелькнула какая-то небольшая улыбка, которая выражалась только в уголках губ. Радостный Андрей тут же предложил поехать гулять, но Маша отказалась. Она была против, чтобы Андрей одевал ее для прогулки, а сиделку Маша отпустила на время, пока с ней сидит Андрей.

Через три дня Маша впервые за долгое время оказалась на улице. Андрей ловко справлялся с управлением коляски, катая довольную Машу по двору. Очень скоро прогулки стали регулярными, почти ежедневными – Маша оставалась дома, только когда за окнами была непогода. Андрей, как и обещал, подал документы на вступление в институт. А Маша, стараясь вернуться к работе, перелистывала юридическую литературу и смотрела объявления в сети, чтобы понять что предлагают сейчас юристы онлайн.

К сентябрю, когда у Андрея началась учеба, Маша уже вовсю предоставляла юридические услуги населению. Радовало и то, что с ее прошлой работы то и дело прилетали удаленные задачи, которые она выполняла, как обычно, на ура. Казалось, что жизнь почти вернулась в свое русло. Маша постепенно привыкала к своему положению и с радостью тонула в работе, которая доставляла ей огромное удовольствие.

Так прошел год, за ним еще один и еще… Андрей регулярно бывал у Маши, вывозя ее на прогулку и делясь впечатлениями об учебе. А Маша с упоением рассказывала о работе и новых клиентах. Со стороны казалось, что и обид у девушки никаких больше нет. После третьего курса института Андрей решился на разговор с Машей. Он был уверен, что она не оценит его решения, но врать не хотел.

— Машунь, мне тебе надо кое-что сказать… – Начал Андрей, когда они с Машей остановились у лавочки во дворе.
— Случилось что-то? – Обеспокоенно спросила Маша.
— Ага… – С грустью сказал Андрей. – Мне придется институт бросить…
— С какой это радости? – С удивлением спросила Маша.
— Не тянем мы с мамой по деньгам… Ни на учебу, ни на жизнь… – Опустив глаза, сказал Андрей.
— И это единственная проблема? – Уже более спокойно спрашивала Маша.
— Да… – Коротко ответил Андрей. – На бюджет мне не поступить было, только вот так и…
— Слушай, так переведись куда-то в область! – Уверенно посоветовала Маша. – У нас в группе девочка училась одна. Сам понимаешь – юридический ВУЗ это дорого… Так вот она на третьем курсе училась, когда у нее родители погибли… Оплачивать больше не могла… Бросила учиться… Я думала что совсем бросила… А потом лет через 5 после окончания учебы мы с ней встретились случайно по работе. Оказывается забрала она документы и перевелась в область в какой-то ВУЗ и там закончила. Так это юридический факультет. А ты со своей специальностью может вообще на бюджет переведешься.

То ли уверенность в успехе в словах Маши, то ли желание учиться, заставили Андрея рассмотреть этот вариант. И, к большому удивлению мамы и к радости самого Андрея – все получилось. В сентябре он уже жил в студенческом общежитии в трех часах езды от родного дома и появлялся у Маши только по выходным (а иногда и через выходные).

Маша не сразу поняла, что начинает скучать по Андрею. Сначала она просто чувствовала какой-то дискомфорт и не понимала от чего он. По работе все ладилось, чувствовала она себя нормально (ну, учитывая ее положение), а вот что-то ее глодало изнутри… окончательно она поняла, что скучает по Андрею, когда он сообщил, что не приедет на лето домой. Весь учебный год Андрей с Машей планировали, что лето будут проводить на городском пляже и не упустят возможности почаще жарить шашлыки. А тут… Андрей сказал это даже не лично, а по телефону.

— Маш, ты представляешь, мне работу предложили! – Радостно говорил в трубку Андрей.
— Ты институт бросаешь? – С ужасом в голосе спросила Маша.
— Не, не, ты что? – Запротестовал Андрей. – Просто есть возможность на лето устроится. Говорят, что если себя зарекомендую хорошо, так меня после диплома сюда и заберут, как говорится, с руками и с ногами.
— Оооо, так это прекрасно! – Не скрывая радости, сказала Маша.
— Только это… С пляжем не получится… – С небольшой грустинкой в голосе сказал Андрей. – Но по выходным я весь твой! Буду у тебя, как штык.

Уже положив трубку, Маша маялась от смешанных чувств. С одной стороны, она радовалась за Андрея, особенно понимая, что все это благодаря ей (ведь именно она и поступить его заставила, и перевестись в другой ВУЗ). А с другой стороны, ей было как-то не по себе от того, что уже почти год они видятся так редко. И вот даже лето, которого они оба так ждали, не будет таким, как хотелось. Маша всячески гнала от себя мысли о том, что ее тянет к Андрею, но не думать об этом просто не могла… Радовало ее только одно… Она вспомнила слова Андрея, сказанные тогда в их первую встречу после случившегося – «если ты когда-то передумаешь, если ты когда-то захочешь…». Маше казалось, что она передумала и она была уверена, что захотела… Захотела быть рядом с этим малолетним ухажером, который хоть и много надурил, но всегда был рядом и… любил…

Зная свой упертый характер, Маша решила, что не сможет сделать первый шаг сама. Но четко дала себе зарок, что будет принимать любые ухаживания Андрея, всячески показывая что она готова к отношениям. И, если Андрей спросит ее об этом, она так прямо и ответит. Именно поэтому все встречи, которые у них теперь случались, Маша ждала хоть каких-то шагов от Андрея – хоть взгляда, хоть слова, хоть прикосновения. Но, чем больше Маша этого ждала, тем больше ей казалось, что этого больше не случится.

По сути, она превратилась в какую-то влюбленную малолетку – именно так она себя теперь и называла. Забыв о том, что ей без пары лет сорок стукнет, она вела себя, как школьница – обижалась когда Андрей не звонил и перестала звонить сама, ревностно ожидая звонка. Маше нравилось новое чувство, которое она раньше ни к кому не испытывала, но оно же и разрушало ее. Вместо того, чтобы жить полной жизнью и дышать полной грудью, она то и дело накручивала себя из-за отсутствия звонков Андрея и ненавидела себя за то, что упертый характер мешает ей позвонить самой. Встречи, которые проходили по выходным (а иногда и через выходные) казались Маше теперь короткими, а недели без Андрея – оооочень длинными.

Пытаясь хоть что-то сделать для успокоения, Маша решила планировать и мечтать. Побольше узнавая у Андрея о городе, где он учится, она уже в мыслях переезжала туда. Чаще всего она думала так: «Мужик мой Андрей, мужик… Вот диплом скоро получит, место рабочее уже считай у него в кармане. Я работаю удаленно, так что мне все равно из какого города консультации проводить… Андрей скоро в общежитии уже жить не сможет, так что мы сначала снимем квартирку, а потом может и свою купим… Я эту свою продавать пока не буду, а вдруг мы решим обратно вернуться в город… А там мало ли, может не врал доктор, что я еще мамой быть смогу…». Эти мысли успокаивали Машу и заставляли улыбаться. Каждый раз они обрастали новыми и новыми подробностями и, казалось, что она продумала уже все до мелочей, включая цвет занавесок на кухне и имена будущих детей.

Чем сильнее Маша ждала того, о чем намечтала, тем медленнее тянулся для нее последний учебный год Андрея. Даже по выходным он приезжал все реже, ссылаясь на курсовые, практику, диплом… По тем же причинам и звонил реже. Но, Маша всё понимала…. Понимала головой, а сердце снова и снова было не на месте, тоскуя и скучая… Когда до защиты диплома Андрея оставалось несколько месяцев, Маша решила, что пора усмирять свою гордость. Так и не дождавшись от Андрея желанных вопросов «Ты что? Передумала? Ты хочешь быть вместе со мной?», Маша решила, что откроется ему сама. Она была уверена, что влюбленный в нее парень, столько лет ждавший этого, будет просто на седьмом небе от счастья и все потом будет у них так, как она намечтала и спланировала. Теперь все мысли Маши были заняты представлением того дня, когда Андрей приедет и расскажет как удачно защитился, а Маша скажет то, что у нее на сердце…

В день, когда Андрей защищался, Маша, как и положено по суевериям, мысленно костерила Андрея на чем свет стоит. И ждала звонка с радостным событием. Главное, она хотела услышать когда приедет Андрей. Но, вместо этого получила сухую СМСку – «Защитился на отлично. Идем с группой отмечать. Завтра позвоню.». Но Андрей не позвонил завтра, и послезавтра тоже… Не желая менять своих планов и изменять уже глубоко засевшей в голове мечте, на третий день Маша позвонила сама.

— ОООО, Машунь! – без «алло» и «привет», захмелевшим голосом сказал Андрей. – А мы тут дипломчик отмечаем. А ты как там?
— А ты когда приедешь? – Тоже не здороваясь спросила Маша.
— На выходных. Через 2 дня. У меня для тебя сюрприз, кстати будет! – Торжественно заявил Андрей.
— Ну, тогда не отвлекаю, жду тебя… – С какой-то нежностью сказал Маша и положила трубку.

Она была уверена, что сам Андрей решил снова вернуться к теме личных отношений, приурочив это к защите диплома. Ей очень нравилась эта мысль, ведь тогда ей самой не пришлось бы признаваться в любви, а достаточно только было ответить на чувства Андрея… Причем ответить искренне и с большой радостью…

К приезду Андрея Маша снова отпустила сиделок и всячески подготовилась. В холодильнике стояли вкусные салаты и ее любимое шампанское, на ноутбуке была целая папка романтической музыки для создания нужного настроения. Целый день Маша не находила себе места. Ее сердце каждый раз вздрагивало, когда она представляла, что вот-вот произойдет что-то очень важное.

Около 4 часов вечера Маше пришла СМС от Андрея – «Уже у мамы. Через часик заскочу к тебе». Маша ответила «Дверь открыта. Жду». и погрузилась в уже привычные для нее мечты. Ее сердце бешено билось, понимая, что Андрей совсем рядом, всего этажом выше и вот-вот состоится самый волнующий и главный их разговор.

В начале шестого дверь открылась и Андрей, как обычно, громко сказал «тук-тук-тук это я». Маша отозвалась из комнаты. Она сидела в инвалидном кресле рядом с большим, пока еще не накрытым столом. Все о чем она теперь думала – как успокоиться и перестать нервничать. Волнение было таким большим, что у нее даже начала кружиться голова. Андрей буквально впорхнул в комнату.


— Ну вот я и дипломированный специалист! – Радостно и громко сказал он, плюхнувшись на стул рядом со столом. – Можно сказать, что жизнь удалась, потому что на работу меня уже взяли! Со следующего месяца приступаю трудиться!
— Какой ты молодец! – Волнуясь, но с какой-то нежностью сказала Маша.
— Но у меня есть и еще одна новость для тебя, так сказать сюрприз… – С какой-то загадочностью продолжил Андрей.
— Сюрприз? – С нервной улыбкой переспросила Маша. – Сейчас скажешь, что диплом красный?
— Неа! – Воодушевленно сказал Андрей и встал со стула. – Это не на счет работы и учебы, это о личном…

Сердце Маши буквально выпрыгивало из груди. Когда Андрей вышел из комнаты, бросив Маше короткое «я щас», девушка подумала, что где-то в прихожей Андрей оставил большой букет цветов или даже кольцо…  Она даже почти перестала нервничать, когда в комнате появился Андрей, державший за руку какую-то девочку.

— Познакомьтесь. Маша – это Алина. Алина – это Маша. – С какой-то радостью и упоением, уверенный в себе, сказал Андрей.
— Приятно познакомиться… – Не скрывая удивления, сказала опешившая Маша.
— И мне… – Скромно сказала Алина, которая не находила себе места в неудобной для себя обстановке.
— Вот, Машунь! Женюсь я! На Алинке. – Подавая стул Алине, сказал Андрей. – Мы уже почти год вместе. Тебе боялся говорить, чтобы не сглазить… Хотели и раньше расписаться, но решили до диплома подождать. Так что я теперь из общежития сразу к теще… Но это пока… А там пару месяцев и квартиру снимем… Алинка так этого ждет, даже уже все в квартиру присматривает – занавесочки там и прочее…
— Вот это новость… — Не понимая до конца что теперь и думать и что делать, сказала Маша.
— Ага… – Довольно сказал Андрей. – Знаешь каких трудов мне стоило Алинку успокаивать. Она на меня, как коршун, набрасывалась с вопросами: «что это за Маша тебе звонит». А я не знал как ее и успокоить, чтобы не переживала… Вот обещал вас познакомить, чтобы она не ревновала… А то зачем мне ревнивая жена, правда, Алинка?

Алина в ответ просто кивнула. В комнате воцарилась какая-то гнетущая тишина.

— А чего это мы, как на поминках? А? – Нарушил тишину Андрей. – Алин, у нас там вино ж осталось недопитое. Мотнешься? А?
— Ага. – Ответила Алина и сразу вскочила со стула.

Было видно, что Алине очень хотелось хоть ненадолго выйти из комнаты, где было так некомфортно. Андрей проводил ее взглядом из комнаты и посмотрел на Машу.

— Ну, как тебе? Одобряешь? – С довольной улыбкой спросил Андрей.
— А, как же я?.. – Это все, что смогла из себя выдавить Маша.
— Ты о чем? – Удивленно спросил Андрей. – Про то, что тебя на прогулки некому будет возить?
— Да при чем тут прогулки? – С выдохом сказала Маша и в уголках ее глаз застряли слезы. – Вон сиделки меня на прогулки таскают… Я про… нас…
— Ну, ты же сама сказала, что никогда не передумаешь и не изменишь своего решения? – Как-то удивленно спросил Андрей.
— А если бы я изменила свое мнение? – Глядя уже влажными глазами на Андрея, сказала Маша.
— Ты сама меня учила, что менять решения – это слабость. Ведь так? – Снова задал вопрос Андрей и тут же продолжил. – Ты вот можешь жить без любви, значит, и я смогу. Мне кажется, что главное, чтобы тебя любили, а не ты… В смысле, чтобы меня любили, а не я… Мне кажется, что я своё отлюбил…
— Андрей…. – Тихо расплакавшись, сказала Маша.
— Алинка меня любит… – Не обращая внимание на то, что сказала Маша, продолжал Андрей. – Дочка главного энергетика на заводе, куда меня взяли. Кстати, благодаря ей и взяли. Будущий тесть меня обожает, так что буду жить, как у Христа за пазухой. Главное же что? Карьеру построить. Так же ты меня учила? Так говорила?
— Не так! – Даже чуть вскрикнула Маша. – Андрей, а Алина знает о нас… Ну о том, почему я…
— Знает… – Опустив глаза, сказал Андрей. – Тестю с тещей не рассказывал, чтобы не создавать у них плохого впечатления о себе, а Алинка знает. Сама видела какая она – скромная и считай не целованная. Такая всю жизнь меня на руках носить будет. А там детишки пойдут и всё такое…
— Андрей… – Каким-то умоляющим голосом, произнесла Маша. – Ты не понимаешь… Я люблю тебя, люблю, слышишь?
— Маш, не надо! – Как отрезал Андрей. – Я всё понимаю! Я был удобным и всегда был рядом… А теперь я буду далеко и понимаю, что тебе почти не с кем будет общаться так часто…
— Да при чем тут общаться! – Достаточно громко сказала Маша, вытирая снова накатившие слезы со щек.

От такого тона Андрей опешил и не находил что сказать. Этот же крик услышала Алина, которая с бутылкой недопитого вина уже тихонько зашла в прихожую. То ли испугавшись, а то ли решив послушать, что происходит, она притаилась и стала прислушиваться к дальнейшему разговору.

— И давно? – Наконец-то прервал тишину Андрей.
— Давно! – Всхлипывая и прикрывая лицо руками, ответила Маша. – Мне кажется, что целую вечность…
— Ну, перестань! – Немного приказным тоном, сказал Андрей. – Это тебе только кажется!
— Ничего мне не кажется! – Снова громко сказала Маша и залилась диким ревом.
— И что теперь делать? – Спокойным тоном спросил Андрей. – И Алинка чего-то не идет долго… Неужели ее мама моя задержала. Слыш, Маш, Алинка маме ой как понравилась…

Разговор снова прервался. Алина старалась вести себя тихо и пыталась понять о чем идет речь. Андрей не понимал что происходит и что ему говорить. А Маша ревела, закрывая руками лицо, громко всхлипывая и хватая ртом воздух.

Маш, слышишь… Перегорело… – Тихим и спокойным тоном сказал Андрей. – Было – да! Долго было – да! Искренне было – да! Но перегорело… Если бы тогда ты… Если бы… Все было бы иначе… Понимаешь? Я не хочу тебе врать…Я не тот уже, слышишь, Маш… Ты же не сможешь жить со мной, понимая, что у меня все перегорело?

— Смо-огу! – Стараясь говорить как можно внятнее, сразу же ответила Маша. – Ты замечательный, понимаешь? Ты лучший, знаешь!?
— Знаю, Маш, знаю… – Спокойно и безэмоционально ответил Андрей. – Мне Алинка об этом по 100 раз на дню говорит и не дает об этом забыть…
— Тебе не нужна Алинка! – Буквально закричала Маша. – И ты это знаешь! Ты же это знаешь, Андрей?! Ну скажи мне, скажи!
— Не знаю… – ответил Андрей после недолгой паузы.
— Ну, ты хотя бы сомневаешься? Скажи! Ответь! – задыхаясь от истерики, продолжала кричать Маша.

Ответа на этот вопрос ждала не только Маша, но и Алина, которая с ужасом слушала диалог. Она начала понимать что происходит и это ей совсем не нравилось. Ее обожаемый Андрюша разговаривал со влюбленной женщиной так грубо, так отстраненно… «А что если спустя каких-то пять лет он и со мной, со мной влюбленной будет разговаривать так же? Я же знаю, что я его люблю, а он меня….» – мелькало в голове Алины.

— Сомневаюсь… – Все-таки ответил Андрей и решительно продолжил – Но так будет лучше!

Маша даже не успела ничего сказать в ответ, когда в прихожей послышался какой-то звук. Это упала из рук Алины недопитая бутылка вина. Опешившая от услышанного девушка не смогла сдержаться и расплакалась.

— О, это наверно Алина. – Бодро сказал Андрей, и продолжил. – Давай успокаивайся, а то как объяснить Алине чего ты тут ревешь…
— Андрей… – Только и успела сказать Маша, вслед выходящему из комнаты парню.

Алина даже не поняла, что звук упавшей бутылки привлек внимание. Она очень тихо всхлипывала и ожидала услышать еще что-то. Ей было неприятно слышать все это, но она решила, что пусть лучше сейчас, чем…

— Алиночка, а ты чего тут – Только начал Андрей.
— Я все поняла… – Кротко бросила в ответ Алина и рванула в подъезд.

Она бежала по ступенькам вниз так быстро, как могла. Андрей не сразу понял что происходит, а потому не сразу бросился за Алиной. Но потом поняв, что невеста в незнакомом городе и не стоит отпускать ее куда-то, тем более не зная куда, побежал в след. Алина уже выбежала на улицу. У нее не было цели и она не понимала куда бежать и что делать. Все чего ей хотелось – оказаться где-то далеко-далеко отсюда и навсегда забыть Андрея и услышанное. Остановившись у подъезда она старалась немного перевести дух и вытерла слезы. Но, услышав как ее зовет уже спускавшийся на первый этаж Андрей, снова решила бежать. Все равно куда – лишь бы подальше.

Скользнув взглядом по двору, она увидела куда ведет придомовая дорога и рванула к выезду со двора. Андрей, который к тому моменту уже выскочил из подъезда, не сразу увидел Алину. Но, как только увидел, громко окликнул и побежал вслед. Алина оглядывалась и сквозь пелену слез видела Андрея, что придавало ей сил бежать еще быстрее и как можно дальше. Выбежав со двора, Алина поняла, что дальше ей нужно через дорогу и, ни минуты не раздумывая, даже не глядя по сторонам, бросилась к трассе. Андрей, пытаясь отдышаться, снова и снова выкрикивал имя Алины. Последний раз он истошно позвал ее по имени, когда понял, что она несется прямо под колеса машины, которая попросту не успеет затормозить.

Какое-то время Андрей был как в тумане и помнит дальнейшее происходящее вспышками. Вот он подходит к лежащей на асфальте Алине. Вот кто-то вызывает скорую, а потом говорит, что девушка не дышит. Вот кто-то снова и снова говорит, что она мертва. А в следующем кадре Андрей нещадно избивает водителя той самой машины, которая сбила Алину. Вот его кто-то оттаскивает, но Андрей вырывается и наносит еще один удар такой силы, что водитель машины мешком падает на асфаль. Потом чей-то крик… Андрея пытаются скрутить какие-то мужчины… Кто-то громко говорит, что водитель мертв и вызывает еще одну скорую…

Зная о том, что Андрей никогда не оставался у Маши на ночь, сиделка всегда возвращалась по звонку. Маша сообщала, что Андрей ушел и одна из двух сиделок приходила, чтобы побыть с Машей до утра. Когда в этот раз звонка от Маши не было, сиделка подумала, что в этот раз Маша оставила Андрея ночевать, поскольку несколько раз намекала на это. Пришла она к Маше только утром. Дверь была не заперта. Боясь помешать Маше с Андреем, сиделка в прихожей окликнула Машу. Не получив ответа, она окликнула ее еще раз. Потому решив, что Маша с Андреем гуляют, отправилась в комнату, чтобы прибраться.

Маша лежала у стола на животе. Когда ушел Андрей, она, пытаясь встать, хваталась одной рукой за стол, а второй нещадно била себя по ногам, которые до сих пор ее не слушались. «Это из-за вас! Из-за вас он выбрал ее, а не меня!» – кричала Маша, захлебывалась слезами. Сердце колотилось с бешеной скоростью и в груди начинало давить. В какой-то момент Маша плохо уцепилась рукой за стол и рухнула на пол. Не в силах подняться, она попыталась доползти до телефона, лежащего на диване, но боль в груди ее остановила. Никакие усилия не могли помочь Маше взять себя в руки. Корчась от боли она рычала, кричала и не могла перестать реветь. Воздуха катастрофически не хватало, и она жадно хватала его ртом, пока не потеряла сознание.

Сиделка бросилась к лежащей на полу девушке. Первое что сделала – потрогала. Тёплая, значит, жива. А дальше звонок телефона, скорая, больница…

***

— Ну вот, Машенька, пришла я тебя проведать. – Сказала мама Андрея, присаживаясь на лавочку. – Извини, что раньше не смогла, вот на 9 дней Алиночки ездила. Горе-то какое родителям, горюшко… Молодая такая была, хорошая… А как вернулась, так узнала что ты… Всего на день я опоздала, а так бы проводила тебя в последний путь… Ты прости, Андрюшенька не сможет прийти, суда ждет… А мне наказал, чтобы к тебе пришла и все рассказала… Да я бы и без его наказа пришла…

Ирина Валерьевна встала с лавочки положила на сырой холмик между венками 2 гвоздики, которые до этого прижимала к груди.

— Вот так вот, Машенька… – Снова вслух сказала Ирина Валерьевна и заплакала. – Спи спокойно. Кто знает, может ТАМ и свидимся когда-то…

Все рассказы из личной коллекции Петровича на istorii-petrovicha.ru.

Вы также можете насладиться:

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x